Экс-министр сельского хозяйства РК Ахылбек Куришбаев став сенатором начал с критики проблем в АПК, забыв указать свое посильное участие в каждой из них
Недавно бывший министр сельского хозяйства, а ныне депутат Сената Парламента Ахылбек Куришбаев решил то ли тряхнуть стариной, то ли просто напомнить о себе, а возможно будучи формально выведенным из под юрисдикции Минсельхоза после освобождения от должности ректора Казахского агротехнического универститета (КазАТУ) имени Сакена Сейфуллина – подумал, почему бы ему не предпринять «независимую ревизию» состояния АПК в стране.
Тем более, что сегодня иногда бывает модным, когда бывшие министры и руководители разных рангов вдруг обнаруживают в себе правдоискательство, пытаясь «раскрывать глаза» общественности на отдельные недостатки, а то и годами не решаемые системные проблемы.
Но каждый раз, когда происходит подобный отраслевой «каминг-аут», невольно возникает встречный вопрос: постойте-ка, а вы случаем не говорите о тех самых недоработках или провалах, которые сами же пытались безуспешно устранять или – того хуже – тех, что разрослись по вине вашего же неэффективного управления? Более того, а не в вашу ли бытность главным по отрасли случилось то, о чем вы сегодня спустя многие годы вещаете с высокой трибуны с обличительным подтекстом?!
Давайте, разберемся.
ОБНУЛЕНИЕ КУРИШБАЕВА
Для некоторых наших читателей фигура Ахылбека Куришбаева у руля Министерства сельского хозяйства Казахстана – это не просто давно, это – другая эпоха, которую некоторые не застали или пропустили мимо. Потому что если всевластие Асылжана Мамытбекова и его команды в лице «королей говядины» из «Мясного союза» и их покровителя Умурзака Шукеева в Минсельхозе РК с теми или иными оговорками вмещалось практически во все десятилетие с 2010 по 2020 годы, то Ахылбек Куришбаев – это то явление, которое было еще до становления и укрепления Мамытбекова и К.
С 2002 по 2005 годы, то есть на протяжении трех лет Куришбаев был вице-министром сельского хозяйства, затем после годичного перерыва вновь стал заместителем министра, а с апреля 2008-го по октябрь 2011 года – на 3,5 года занял кресло самого министра сельского хозяйства республики.
Чтобы стало совсем понятно, насколько в информационном плане это было давно, скажем, что Куришбаев ушел с поста министра еще тогда, когда в Казахстане даже не наступила эра Фейсбука со всеми его «плюсами» и «минусами».
И тут очень важно понимать, что многих вещей сегодня, посвященных вопросам 10-летней или 15-летней давности в открытом доступе можно просто не найти. И этим вполне могут пользоваться люди, желающие преподнести себя так, как будто произошло полное обнуление – не осталось никакой истории, будто заново рожденный человек начинает жизнь и карьеру сенатора с чистого листа.
Но это все же далеко не так. И какие-то знаковые вещи в архивах остаются и не горят.
Вот, например, что на минувшей неделе в своем депутатском запросе озвучил новоиспеченный сенатор Куришбаев, слова которого на веру восприняло большинство информационных агентств и СМИ страны:
«Одной из системных проблем, оказывающих негативное влияние на развитие нашей аграрной отрасли, является отсутствие достоверных статистических данных о реальном положении дел в этой сфере. В процессе сбора оперативной информации о состоянии сельского хозяйства, помимо органов статистики, участвуют местные исполнительные органы и их структурные подразделения. Однако их достоверность вызывает большие сомнения. За красивыми отчетами несложно увидеть не соответствующую им реальную картину на селе. Мы не знаем достоверно объемы собранного урожая, реальное качество семян, площади распространения вредителей и болезней, фактические сроки посевных и уборочных работ, а по темпам внедрения современных агротехнологий мы иногда опережаем самые развитые страны», — сказал Куришбаев, оглашая депутатский запрос на заседании Сената в четверг.
По его словам, в отрасли животноводства основная часть работы по регистрации сведений о животных все еще ведется на бумажных носителях с последующим внесением их в базу данных в ручном режиме, в связи с чем происходят многочисленные неточности и ошибки.
Сенатор подчеркнул, что искаженные данные влияют на принятие решений госорганами.
«Надо признать, что эти искаженные данные создают эффект «кривого зеркала» и именно они берутся за основу для принятия важных управленческих решений государственными органами. К чему это приводит? Прежде всего, к неправильному планированию, соответственно – и распределению государственных средств по направлениям господдержки. И это мы часто видим в объемах неосвоенных бюджетных средств и их нецелевого использования. В животноводстве искажение данных о животных открывает путь к незаконному получению субсидий», — отметил Куришбаев.
По мнению Ахылбека Кажигуловича, причиной всему этому является несколько факторов. Во-первых, низкая ответственность респондентов за достоверность предоставленных данных. Во-вторых, базирование критериев оценки деятельности акимов всех уровней на данных статистики, что открывает путь к созданию мнимого благополучия в отрасли путем приписок.
Однако тут Ахылбек Куришбаев явно лукавит. Дело в том, что именно он как министр сельского хозяйства несет ответственность за большую часть приписок сельскохозяйственных животных в период 2008-2010 годов.
НЕДОСЧЕТ ГОЛОВ, БРУЦЕЛЛЕЗ И НИЗКАЯ ПЕРЕРАБОТКА
Так, результаты первой проведенной в 2011 году идентификации сельскохозяйственных животных только по линии крупного рогатого скота выявили отсутствие около полумиллиона голов КРС. По итогам данных идентификации Агентство статистики Республики Казахстан признало факт приписки и с его стороны были приняты меры по корректировке официальной статистики по поголовью сельскохозяйственных животных.
Так, в 2012 году официальной статистикой было указано наличие 5 960,4 тыс. голов крупного рогатого скота, тогда как в 2010 году эта цифра была на уровне 6175,8 тыс. голов.
Большие приписки обнаружились в Актюбинской – 97,1 тыс. голов, Атырауской – 33 тыс. голов, Западно-Казахстанской – 40,8 тыс. голов, Жамбылской – 26,6 тыс. голов, Костанайской – 176,3 тыс. голов, Северо-Казахстанской – 75,4 тыс. голов и Восточно-Казахстанской областях – 17,1 тыс. голов.
Аналогичная ситуация была и по поголовью овец по результатам идентификации в 2012 году. Так, по итогам идентификации недосчитались более 300 тысяч голов. Поголовье овец по официальной статистике было изменено с 15 439,4 тыс. голов до 15 137,2 тыс. голов.
Более того, с 2006 по 2011 годы в Казахстане резко обострилась ситуация с заболеванием бруцеллезом крупного рогатого скота. С диагнозом бруцеллез было отправлено на убой порядка 370 тыс. голов КРС, причем, в основном маточного, что крайне негативно сказалось на состоянии скотоводства.
Причиной такого большого количества убоя скота послужила некачественная методология: применение дорогостоящей ИФА-диагностики и отсутствие при выявлении больных бруцеллезом животных повторной диагностики для подтверждения диагноза.
Учитывая такой значительный урон животноводству от бруцеллеза, были приняты меры: взамен ИФА внедрено использование более дешевых, но надежных классических методов диагностики бруцеллеза для исследований. А отмена ИФА-диагностики позволила разрешить вакцинацию против бруцеллеза, было введено обязательное переподтверждение диагноза.
Кстати, если уж не отклоняться от темы молочного крупного рогатого скота, то примечательно, что еще в далеком 2008 году, буквально через месяц после своего назначения министром сельского хозяйства РК, Ахылбек Куришбаев сделал громкое заявление о том, что к 2011 году Минсельхоз Казахстана планирует добиться переработки молока в стране на уровне 60 %.
Тогда, когда Ахылбек Кажигулович давал это громкое обещание в мае 2008 года на коллегии в аграрном ведомстве, в республике перерабатывалось 29 % молока. Таким образом, за 2,5 года министр Куришбаев собирался поднять уровень переработки в молочной отрасли еще на 31 %. К тому же экс-министр поставил еще более амбициозную задачу: довести уровень переработки молока до 40 % уже в следующем 2009 году.
Откроем небольшой секрет: в настоящее время планка переработки в молочной отрасли не поднялась выше 41 %. То есть, до 40 % уровень переработки в молочном производстве все-таки подняли, но не через год, а через 11 лет, и не Куришбаев, а совершенно другие люди. Про 60 % мечтаем дальше.
ЭХО В ПОЛТРИЛЛИОНА ТЕНГЕ
Эксперты в сфере сельского хозяйства всегда на разные лады повторяют одну и ту же истину: отрасль АПК не привлекательна для банков второго уровня, и эта проблема появилась не сегодня и не вчера. Ее истоки восходят к далекому 2008 году.
Именно с этого периода банки второго уровня начали сталкиваться с невозвратами кредитов и по сути «обожглись» на кредитовании сельского хозяйства.
В тот момент вопрос привлечения банковского финансирования для развития АПК был спущен Министерством сельского хозяйства на самотек. Не было достаточных инструментов для стимулирования привлечения доступного банковского финансирования и это привело к тому, что банки использовали дорогие и краткосрочные кредитные ресурсы в иностранной валюте на модернизацию и обновление машинно-тракторного парка, преимущественно с 2008 года.
Также на общую картину повлиял запрет на экспорт зерна в период благоприятных цен – с 15 апреля по 1 сентября 2008 года, что привело к снижению валютной выручки и частичной утрате традиционных рынков экспорта зерна.
В 2009 году наоборот случился хороший урожай, но казахстанские производители не смогли выйти с зерном на внешние рынки ввиду высоких урожаев в России и Украине, что привело к затоваренности внутреннего рынка и резкому снижению цен на зерно.
При этом в 2009 году была проведена девальвация тенге, которая на 25 % увеличила валютную кредиторскую задолженность на фермеров, потому что большинство кредитов было выдано в иностранной валюте.
Все эти факторы подкосили финансирование агропромышленного комплекса. Например, по состоянию на 1 января 2012 года кредитный портфель банков второго уровня в области АПК и дочерних организаций холдинга «КазАгро» составил 595 млрд тенге. При этом 300 млрд тенге из этой суммы составляли сомнительные и безнадежные кредиты. То есть, более половины кредитного портфеля на сельское хозяйство было глубоко «токсичным».
Из-за вовремя непринятых мер с 2008 года сельхозпредприятия по ранее принятым кредитным обязательствам столкнулись с проблемой оплаты высокой ставки вознаграждения и основного долга по кредитам.
А потому с 2013 года Минсельхозу в срочном порядке пришлось реализовывать значительную работу по разработке механизма финансового оздоровления субъектов АПК.
Так, в феврале 2013 года постановлением правительства была принята программа «Агробизнес 2020», которая содержала меры по решению накопившихся с 2008 года проблем. Она позволила улучшить платежеспособность фермерских хозяйств, снизить кредитную нагрузку и минимизировать риск банкротства предпринимателей.
Например, финансовое оздоровление кредитных и лизинговых обязательств субъектов АПК осуществлялось следующим способом:
Снижалась ставка вознаграждения на 7 % годовых в тенге и 5 % годовых в иностранной валюте. Снижение процентной ставки проводилось государством за счет средств из республиканского бюджета;
Кредиторами продлевались сроки возврата займа до девяти лет;
Кредиторами списывались просроченные штрафы и пени.
В результате было определено, что сумма пролонгированных обязательств должна составить 300 млрд тенге.
А уже по итогам 2013-2014 годов показатель, предусмотренный программой «Агробизнес 2020» был выполнен, одобрены заявки 292 сельхозпроизводителей на сумму основного долга в 308,3 млрд тенге.
В дальнейшем уже в феврале 2015 года после расширенного заседания правительства с участием главы государства Нурсултана Назарбаева была поставлена цель по финансовому оздоровлению кредитных и лизинговых обязательств фермерских хозяйств на общую сумму задолженности в 500 млрд тенге.
В конце концов, за период с 2013 по 2015 годы включительно были одобрены заявки 404 сельхозпроизводителей на общую сумму в 520 млрд тенге.
Вот такое вот эхо более чем в полтриллиона тенге.
УРОЖАИ И КООПЕРАТИВЫ ЛПХ ИМЕНИ КУРИШБАЕВА
Переходим теперь к самому «вкусному» — к урожаю! Вот эта фраза Ахылбека Куришбаева «Мы не знаем достоверно объемы собранного урожая» как будто списана с методичек по психологии, где часто повторяется рефрен о том, что когда человек говорит о чем-то, то он всегда говорит о себе. Потому что 12 лет назад (уж не знаем, забыл ли об этом сам Ахылбек Кажигулович) он столкнулся с точно такими же подозрениями и обвинениями в свой адрес, которые сегодня сам же ретранслирует в пустоту.
Все началось с того, что в сентябре 2008 года тогдашний премьер-министр Карим Масимов распек его на заседании правительства по поводу вызывающих сомнения цифр собранного урожая, которые Минсельхоз Ахылбека Куришбаева презентовал на самом высоком уровне.
Вот цитаты: «Массу вопросов у премьера вызвал озвученный министром сельского хозяйства Ахылбеком Куришбаевым «урожайный» показатель – 16 млн тонн зерна.
— Вы отвечаете как министерство, что это реальная цифра, а не нарисованная на бумаге? – усомнился Карим Масимов.
Куришбаев поклялся еще раз все проверить и перепроверить. По его словам, министерство в этом году организует дополнительный двухэтапный мониторинг ситуации. Первый этап проведет Агентство по статистике, а на втором этапе министерские инспекторы будут проверять наличие зерна в элеваторе у каждого хозсубъекта».
Моментально возникает вопрос: почему сам министр Куришбаев столь сильно не уверен в цифрах, что сразу же «плывет» на заседании кабмина, да вдобавок обещает организовать дополнительную проверку в несколько этапов, которая затронет каждый элеватор и каждого собственника зерна. Кто в курсе, тот поймет, насколько трудозатратные и фактически маловыполнимые меры обещает премьеру Масимову экс-министр Куришбаев.
Буквально через неделю (и это не похоже на простое совпадение) уже в октябре 2008 года министр сельского хозяйства РК Ахылбек Куришбаев дает развернутое интервью газете «Экспресс К», где говорит то, над чем сегодня сенатор Куришбаев, наверное бы, лишь снисходительно посмеялся.
«На сегодня, по оперативным данным областных акиматов, с 99,3 процента полей собрано 17,2 млн тонн зерна в бункерном весе. Может быть, к таким показателям есть какое-то недоверие, ведь кругом была засуха. Но нужно учитывать, что 80 процентов пшеницы у нас возделывается в трех областях – Северо-Казахстанской, Костанайской и Акмолинской, — заявляет Ахылбек Кажигулович, однако вскоре опять делает вот такое признание:
В этом году система мониторинга наличия зерна будет изменена. Мы наладим двойной уровень контроля за его запасами на элеваторах и у хозяйствующих субъектов. Раньше эти сведения собирали департаменты сельского хозяйства акиматов, а затем передавали нам. Теперь же подготовкой сводок о наличие зерна будет заниматься Агентство РК по статистике. Каждый месяц оно будет предоставлять свои отчеты правительству. Следом их перепроверят наши зерновые инспектора, которые будут собирать данные по наличию зерна в элеваторах и у самих сельхозтоваропроизводителей».
Одним словом, Ахылбек Куришбаев уверен в правоте цифр, которые предоставил Минсельхоз под его руководством и тут же Ахылбек Куришбаев не уверен в этих же цифрах, которые предоставил МСХ под его руководством.
И спустя 12 лет, став сенатором, он, видимо, вспомнил и решил ретранслировать свой болезненный опыт в кресле министра сельского хозяйства.
Кстати, в этом же почти раритетном интервью Ахылбек Кажигулович жонглирует цифрами бюджетных денег, которые ушли на поддержку сельхозкооперативов на базе личных подсобных хозяйств. Век живи – век учись: признаться, за давностью лет даже мы упустили тот момент, что подъем ЛПХ – безусловно, насущная и назревшая программа действий длится у нас… второе десятилетие подряд.
«На сегодняшний день профинансировано 108 сельских кооперативов на общую сумму 6,8 млрд тенге, в том числе 3,8 млрд тенге направлено на организацию закупа, переработки и реализации продукции животноводства. Кроме того, министерством утвержден план мероприятий по активизации работы по созданию и развитию кооперации сельхозтоваропроизводителей.
Таким образом, вопрос развития объединений сельхозтоваропроизводителей – одно из приоритетных направлений деятельности министерства, на развитие которого в текущем году выделено 2 млрд тенге бюджетных средств. По нашим расчетам, в стране может появиться 400-450 потребительских кооперативов хлопкоробов, овощеводов, производителей молочной продукции, мяса, растительного масла и зерна. Потому что государство поддерживает не только крупные и средние агрокомпании, но и вместе с мелкими хозяйствами готово обустраивать инфраструктуру. Тогда у нас будет прогресс».
Боимся спросить Ахылбека Кажигуловича: где же, где же эти 450 сельхозкооперативов хлопкоробов, овощеводов, производителей молочной продукции, мяса, растительного масла и зерна? Причем, заметьте, что время на дворе – 2008-й год, то есть это задолго до 2016-2017 годов, когда в республике действительно осуществляли широкомасштабную программу поддержки ЛПХ, их слияния и преобразования в более крупные сельхозкооперативы собственников. А значит, должен же был остаться хоть какой-то базис с 2008-2012 годов, то есть времени правления в МСХ Ахылбека Куришбаева. Остался ли он? Или это станет темой очередного депутатского запроса сенатора Куришбаева в 2020-м или 2021-м году?
АГРОГОРОДКИ А-ЛЯ «БЕЛАРУСЬ»
Был еще у министра сельского хозяйства Куришбаева проект так называемых «агрогородков», если кто забыл.
Еще в октябре 2010 года Ахылбек Кажигулович вещал про то, что «нам необходимо выходить на качественно новый уровень решения проблем развития сельских населенных пунктов. И здесь, на наш взгляд, наиболее приемлемым является развитие сел посредством создания агрогородков по опыту Республики Беларусь».
«Если вкратце, то агрогородок – это благоустроенный населенный пункт с численностью населения, как правило, менее 1 тыс. человек, в котором созданы производственная и социальные инфраструктуры для обеспечения социальных стандартов проживающему в нем населению и жителям прилегающих территорий».
Но тут как с ЛПХ или 60 процентами переработанного молока, у Ахылбека Куришбаева что-то не заладилось. Видимо, не получилось приземлить белорусский опыт агрогородков на казахстанскую действительность, где и территория несравнимо больше и отток населения из этих самых сельхозтерриторий гуще.
Запутался бывший министр и в статистике урожаев, и в статистике поголовья КРС и овец.
Поэтому, что еще остается делать в такой ситуации? Правильно: пойти в депутаты, чтобы критиковать и распекать самого себя 12-летней давности, ту – устаревшую версию Ахылбека Куришбаева. Потому что как часто пишут в методичках по таким случаям: каждый человек больше всего ненавидит в других то, что напоминает ему о самом себе.
Автор:
Фермерские ведомости