Редакция «Ведомости Казахстана» добралась до консолидированной отчетности всей группы компаний Allur, исследовала ее и представляет на суд широкой общественности. Сегодня мы во всех подробностях публикуем первую часть журналистского и финансового расследования, которое подробно расскажет откуда взялся олигарх Андрей Лаврентьев, как он поднимался, кто ему помогал в правительстве и каков оглушительный ущерб государству был причинен.
Пролог: Бездарность, воровство или гадость?
Даже первые годы существования Allur, а мы исследуем в этой статье – шесть лет существования компании – 2014-2019 гг., уже однозначно свидетельствует о том, что компания была банкротом по всем направлениям и только системное наполнение ее государственными деньгами со стороны двух-трех персон из казахстанской элиты, не дали ей умереть естественным путем, к чему вела вся логика процесса.
Личность самого олигарха Лаврентьева представляется в двух измерениях. Либо эти измерения взаимоисключающие, либо взаимодополняемые.
Первое, что приходит на ум, после ознакомления с финансовой документацией Allur, что Андрей Лаврентьев – непроходимо бездарен как управленец. Компании дано все, а она из года в год находится в банкротном состоянии, показывая мизерную прибыль или вообще нагло рисуя прибыль за счет взятых на себя кредитов. Это что-то с чем-то.
Однако все же при более детальном рассмотрении истории, на ум приходит предположение, что возможно Андрей Лаврентьев вовсе не так уж и бездарен. Просто возможно он вор, который давно и успешно обворовывает государство за счет «прокладки – банкрота», которой и является группа компании Allur.
Возможно, конечно, он существует в двух ипостасях одновременно – бездарен как управленец и хорош как вор. Но пусть уже каждый сам ответит себе на этот вопрос после прочтения.
С большой долей вероятности, выводить деньги из-под юрисдикции государства, прокручивать через компанию Allur и в последующем, не исключено, расхищать – помогали, похоже, три человека. Это бывший премьер-министр и экс-глава КНБ РК Карим Масимов, бывший первый вице-премьер правительства и экс-премьер-министр Аскар Мамин и бывший министр индустрии и инфраструктурного развития, экс-вице-премьер и экс-первый-вице-премьер правительства Роман Скляр.
Мы специально очень скрупулезно останавливаемся на каждом годе, каждой цифре и сумме денег и каждом так называемом контрагенте Allura. Внимательно посмотрите по какой линии им выделяются баснословные деньги из государственной казны, как пробиваются и лоббируются госпрограммы и субсидии, настроенные целиком под них. Предположить, что эту компанию-банкрот, наводняли госденьгами за красивые глаза или без участия высокопоставленных чиновников, значит взрослым людям – верить в сказки.
Ну а когда в 2019 году Allur переходит под контроль нидерландского оффшора C&J Ned Auto B.V, подчиняющегося Комитету по контролю и управлению государственного имущества Китайской Народной Республики, любые дальнейшие выделения денег из госказны, а равно их лоббирование, начинает носить признаки государственной измены.
Сам Лаврентьев с 2019 не имеет право первого голоса в Группе компаний Allur, право первого голоса на всех важных заседаниях и совещаниях, при принятии ключевых решений принадлежит представителю Комитета по контролю и управлению государственного имущества КНР, но нас всех продолжают убеждать в том, что Лаврентьев главный в Allur, хотя это уже не так на протяжении семи лет.
Как вообще стала возможна подобная махинация? Ответ прост – бардак! Бардак на всех этажах власти, которым воспользовались лихие люди и повернули кран государственных финансовых потоков в нужном направлении. Однако начало было положено Каримом Масимовым.
Думаем, что изначально у Лаврентьева состоялся плотный контакт именно с Масимовым, а уже затем с двумя подопечными последнего – Маминым и Скляром. Брат жены Лаврентьева был женат на Айгуль Нуриевой – долларовой мультимиллионерше и по совместительству «кошельке» Карима Кажимкановича.
Да, сейчас после посадки Масимова, правила игры резко изменились. Нуриева давно предала своего патрона и дернула с его состоянием в Лондон, откуда больше не приезжает в Казахстан. Близкий родственник Лаврентьева тоже на всякий случай развелся с ней. Как и сам Андрей Сергеевич поспешил откреститься как от Масимова, так и Мамина, вылетевших из правительства прямиком в опалу еще в январе 2022 года.
Но мы ведь ведем речь о становлении Лаврентьева и группы компаний Allur c момента ее рождения в 2014 году и до промежуточного 2019 года, когда крупное инфраструктурное предприятие тайком переписали на китайцев, но продолжили получать на него деньги от государства.
Как раз в 2014 году Карим Масимов триумфально возвращается второй раз в правительство из Администрации президента. И рождение мутной прокладки Allur как раз полностью совпадает по времени с этим действом. Да, в конце 2016 года он переселяется в КНБ, но ставит своим смотрящим в кабинет министров на должность первого вице-премьера правительства Аскара Мамина. В то время первым вице-министром по инвестициям и развитию (то самое министерство промышленности, которое и лоббировало интересы Лаврентьева – авт.) уже работает Роман Скляр.
Когда вначале 2019 года Мамин становится премьер-министром он продвигает своего человека Романа Скляра на должность министра индустрии и инфрастурктурного развития – то же самое ведомство, только переименованное. Как раз в эти дни эта троица при помощи Лаврентьева и его людей отжимала бизнес у Анатолия Балушкина с его «Азия Авто».
Ну а потом, когда подошла очередь самих Масимова и Мамина, уцелевшие Лаврентьев и Скляр быстро переобулись и дойка бюджета во имя группы компаний Allur продолжилась. Роман Скляр сумел даже продвинуться повыше на место своего бывшего покровителя, вначале став просто вице-премьером, а затем первым вице-премьером правительства.
Собственно, уже с 2022 года шефство над Лаврентьевым со стороны правительства берет на себя целиком и полностью Роман Скляр. То есть, расследование согласно финансовой документации «темных делишек» Лаврентьева и Скляра все же больше впереди. Хотя данный материал тоже повествует об этом, однако акценты в нем согласно годам более смещены в сторону коллективного творчества Масимова, Скляра, Мамина и Лаврентьева.
Немаловажно и то, что изначально мы искали отчетность ТОО «СарыаркаАвтоПром». Это побратим лаврентьевского АО «АгромашхолдингKZ», но только перебивающий логотипы на ввозимых иностранных автомобилях, тогда как Агромаш делает это на импортной сельхозтехнике.
Однако ТОО «САП» в официальных бумагах и след простыл. Компанию как-будто бы закрыли, она словно испарилась. Зная лаврентьевские приблуды, мы ничуть не удивились и стали исследовать консолидированную отчетность ГК «Allur». И там нашли.
В общем, складывается ощущение, что Allur – это теперь официальное название костанайского автозавода, который еще недавно носил имя «СарыаркаАвтоПром». Очередная странность от Лаврентьева. Переименовать один из заводов группы, окрестив его именем материнского холдинга.
Выглядит еще более странно, чем отпочковать в 2017 году от АО «Агромашхолдинг» — новую структуру АО «АгромашхолдингKZ». Но там хоть понятно зачем это делалось – чтобы замылить глаза проверяющим и общественности, а в это время слить на новую компанию все долги, поставив зиц-председателем тетку, больше занятую собственным пиаром чем производством.
Может в случае с автозаводом «СарыаркаАвтоПром» и автозаводом Allur, которые, получается – суть одно и то же, аналогичная картина?
Любопытно и то, что как и в случае с Агромашем лаврентьевцы на автозаводе работают такими же методами – бесплатно забирают импортированные машины и машкомплекты, не рассчитываясь с поставщиками, накручивая баснословные долги. Только в случае с автозаводом, дело приобретает почти космические масштабы. (Кстати, забегая вперед скажем, что одним из акционеров автозавода Allur является компания со словом «Space/Космос» в названии. Не пугайтесь – это компания г-на Цхая, бывшего учредителя «СарыАрки» и дружбана Лаврентьева. Просто это он так решил спрятаться).
Так вот, если в истории с Агромашем, лаврентьевские накручивали долги в 14 млрд тенге, а потом им государство посредством своих фондов давало 12 млрд, и они погашали свои частные долги перед иностранными поставщиками, то в ситуации с автозаводом Allur, накрученные долги приобретали масштабы далеко за 30 млрд тенге. Одним словом, а я его узнаю по походке или по почерку, который неистребим.
Как и с кейсом Агромашхолдинга, мы готовим эдакую «закладку» или говоря еще проще – мину замедленного действия. Ибо научились терпеть и работать вдолгую. Ничего страшного, если это пока пройдет мимо соответствующих органов или спецслужб. Мы все прекрасно понимаем и отдаем себе в этом отчет.
Но как часто бывало с нашей интернет-газетой раньше, через полгода, иногда год, реже – полтора, для кого-то срочно становилась востребованной вся наша информация, изложенная детально, много и во всех подробностях. И тогда она ложилась в основу уголовных дел или на худой конец – мощной опалы ряда высокопоставленных чиновников, целых команд и кланов. Поэтому позволим себе и здесь залить столь взрывоопасную смесь.
Напоследок рекомендуем после вдумчивого прочтения финансового компромата на Андрея Лаврентьева и группу компаний Allur, посмотреть (кто не видел) или пересмотреть (кто видел) замечательный фильм Гая Ричи «Джентльмены». Как часто бывает с творческими людьми, которые сами того не ведают, Ричи почти полностью воссоздал психологический портрет бизнесмена Андрея Лаврентьева, и кто знает, возможно предсказал его незавидную судьбу.
В фильме есть довольно мерзенький персонаж – с виду весь такой респектабельный, но в душе очень трусоватенький и гаденький бизнесмен Мэттью Бергер. Его потом в конце за все его пакостные проделки, о которых как он полагал никто не узнает, запирают в морозильной камере. Зная Лаврентьева, его манеры и привычки, а также методы его управления, мы буквально поразились сходству. Насколько мелкая душонка в жизни и в фильме неразрывно связаны.
Еще больше мы поразились, когда в трактовке Ричи, этот аналог Лаврентьева договаривается с так называемыми китайскими нуворишами и пытается манипулировать ими. Кстати, «китайские инвесторы» там тоже показываются максимально правдиво, без прикрас. Видимо, как опытный кинохудожник, г-н Ричи знает что-то о китайском бизнесе и о людях, типа Андрея Лаврентьева. И его приговор довольно однозначен.
В общем, читаем «Ведомости Казахстана», смотрим Гая Ричи, узнаем все больше об Андрее Лаврентьеве и группе компаний Allur.
«СарыаркаАвтоПром» – проблемный актив группы компаний Allur
Главный производитель автомобилей казахстанской сборки в долгах, как в шелках. Даже хозяйственно-финансовая летопись за 2014-2019 годы вызывает вопросы, каким образом предприятие со столь удручающими показателями остается на плаву. Но раз «СарыаркаАвтоПром» («САП») продолжает участвовать в разнообразных бизнес-схемах с участием правительственных институтов и всевозможных государственных и квазигосударственных фондов, значит, у данного процесса есть интересанты не только в ГК Allur.
Спойлер
Если посмотреть консолидированную отчетность группы компаний Allur за 2014-2023 годы, то получается, что конечным собственником с самым крупным пакетом акций стали бизнесмены из Китая. Но произошло это не сразу и не вдруг – сначала был затейливый хозяйственный путь, полный интригующих обстоятельств чрез лазейки и возможности государственного регулирования, административного ресурса и политического влияния.
В конце концов давно известно, что когда речь идет о проектах с рубежа $50-100 млн, то в масштабах Казахстана такие экономические вещи без политики не работают.
На конец 2023-го (как и на завершение 2022 года) 51% акций «отечественного» автопроизводителя в лице АО «Группа компаний Аллюр» принадлежал китайской компании, которой по матрешке владеют две другие фирмы из Поднебесной, а уже они подчиняются китайскому C&J Ned Auto B.V., зарегистрированному в Нидерландах. Законодательство этой страны фактически офшор, через который удобно оперировать в международных проектах.
За C&J Ned Auto B.V имеется еще одно промежуточное звено, а конечной контролирующей структурой, по информации аудиторов, выступает Комитет по контролю и управлению государственного имущества Китайской Народной Республики.
Андрею Лаврентьеву принадлежит 27,5%. Юрий Цхай в 2023 году вообще вышел из состава акционеров. АО «Банк развития Казахстана» – 5%. И есть еще ТОО «SPACE LEADER CORPORATION», зарегистрированное в Астане 17 февраля 2023 года с основным видом деятельности «оптовая торговля автомобильными деталями, узлами и принадлежностями». Почему в названии присутствует слово «космос» не совсем понятно. Возможно, отсылка к космическому размаху замыслов.
Скромный 2014-ый
По отчетности за 2014-ый год в руководстве компании фигурируют президент Ли, главбух Нигай, а аудиторскую компанию, которая предоставила данные за этот год, возглавляет директор с фамилией О – Ольга Иннокентьевна О.
В общем, в тот год «СарыаркаАвтоПром» был маленькой отечественной компанией. Отчетность утверждена в апреле 2015 года. Сроки утверждения отчетности – отдельный момент в работе предприятия. Обычно по истечении календарного года аудиторы берутся за работу и до лета вся необходимая информация приводится в порядок с принятыми стандартами, а потом заверяется руководством компании
В описываемый год все шло по типовой схеме, а потом начались скачки, когда буквально в последний день следующего за отчетным периодом года (30 или 31 декабря) все утверждалось и выпускалось в открытый доступ.
В первоначальных аудиторских отчетах каждый год шло их переписывание. Вообще-то такое – нонсенс. Потому что – по стандарту – после прохождения аудиторской отчетности все считается расставленным по своим местам, и картина деятельности предприятия становится законченной. А тут она из года в год корректируется, корректируется, корректируется…
За 2014-ый год показатели работы компании вполне типичные и еще убыточные. Хотя особых вложений в нее не было, государство помогало. Была и валовая прибыль, и операционная, но после налогообложения сформировался убыток в минус 837,8 млн тенге.
Бизнес вроде бы несложный: крупноузловая сборка (на профессиональном жаргоне «прикручивание колес»), да еще при поддержке правительства.
ТОО «Ака ТрастФинАудит» – местная аудиторская компания – показывает выручку за 2014-ый год в 9,5 млрд тенге при себестоимости всего этого процесса 5,4 млрд. То есть валовая прибыль более 4-х млрд тенге. Но при этом на предприятии несли очень большие расходы по реализации продукции, административные издержки, поэтому операционная прибыль в итоге оказалась 121 млн тенге.
Далее идут какие-то расходы по финансированию (аудитор их не раскрывает), а они более миллиарда тенге, почему и получился указанный выше итоговый убыток после налогообложения в 993 млн тенге плюс выплата подоходного налога.
Драматический 2015-ый
У Юрия Цхая 70% акций, у Андрея Лаврентьева 30%. В начале 2015 года провели дополнительную эмиссию и в капитал вошло государство – Национальный инвестиционный холдинг «Байтерек» и «Банк развития Казахстана».
Стали создаваться дистрибьюторские центры для продажи автомобилей.
Займы поначалу брали в «Цесна банке». Сразу возникает вопрос: если компания на старте показывает убытки, то какой смысл этим банкирам кредитовать такого коммерческого игрока? Акционер там был взвешенный – Адильбек Джаксыбеков – и в свое время закрыл собственную газету из-за того, что она не приносила прибыли. А тут с 2011-го по 2014-ый год вложил более 25 млрд тенге (тех еще денег, до серийной девальвации 2015-го).
В 2015 году ГК «Аллюр» приобретает акции компании АО «АгромашХолдинг» (не путать с АО «АгромашХолдинг KZ», которая появилась в 2017 году). Данная компания начала «перетягиваться» в «Аллюр» через гашение ее финансовых обязательств и другие межфирменные механизмы взаимодействия.
В этом году появляется серьезный аудитор – Ernst & Young (в настоящее время – EY) – международная аудит-консалтинговая корпорация, которая владеет сетью компаний по всему миру. Входит в «большую четверку» аудиторских компаний, штаб-квартира в Лондоне.
В аудиторском отчете фигурирует важная оговорка. В 2015 году Allur понес чистый убыток 21 (двадцать один!) млрд тенге. Если за год до этого убыток составлял менее одного миллиарда, то теперь реальный фазовый скачок отрицательной доходности (как почему-то стало модно выражаться в последние годы).
Краткосрочные обязательства компании превышали краткосрочные активы на 27 млрд тенге. Продолжается картина, где практически на старте несложного бизнеса предприятие уже банкрот.
Аудитор указывает: есть существенная неопределенность, которая может вызвать серьезные сомнения в способности группы компаний продолжать свою деятельность непрерывно.
По идее, государство в сложившейся ситуации должно было прекратить работу с Allur и начать сотрудничество с какой-нибудь другой фирмой (возможно, специально учрежденной) потому что такой убыток в сборочном производстве всего за пару лет – это что-то слишком непрофессиональное.
Некоторые суммы на 31 декабря 2014 года не согласуются с консолидированной отчетностью за 2014-ый – на этот момент Ernst & Young тоже обратил внимание в 2015-ом. С этого момента начались пересчеты, которые аудиторы будут производить еще несколько лет.
После еще одной дополнительной эмиссии акции, по итогам года у «Байтерека» 15,5% акций, у «БРК» – 9,9%. Государство здесь миноритарный акционер и в случае каких-либо голосований в любом случае конечное слово за Цхаем и Лаврентьевым. Отсюда вопрос: почему правительство не воспользовалось доступной ему опцией создать другую компанию с таким же профилем деятельности?
«Байтерек», например, как венчурный фонд, сам обладал полномочиями по созданию фирмы аналогичного направления. Такого не произошло. Зато каким-то чудом Allur начинает расширяться. Появилась дочерняя компания «СарыаркаАвтоПром». Фактически перетянут АО «АгромашХолдинг». При этом суммы, в которые «Аллюру» обошлись приобретения новых активов, в аудиторском отчете не указаны.
В составе группы две компании с похожим профилем. «СарыаркаАвтоПром» собирает автомобили и коммерческую автотехнику, «АгромашХолдинг» занимается сборкой автомобилей и сельскохозяйственной техники.
Похоже, что все дело в упорядочивании ранее сложившихся финансовых потоков, которые нужно свести, развести, «отполировать». В таком процессе одни долги нужно гасить, другие куда-то переводить.
Интересная ситуация с дистрибьюторскими и дилерскими центрами. Появляются Mitsubishi, Suzuki и даже какой-то «ЗАЗ Алматы», продающий модернизированные «Запорожцы» украинской сборки. Видно, что Allur пытается вобрать в себя все, до чего способен дотянуться.
В то время в государственном фаворе была компания АО «Азия Авто» и уже понятно, что новому игроку по линии отверточной сборки она мешает расширяться.
От китайских автопроизводителей на 2015-ый год фигурирует только одна компания JAC Motors. А так «японцы», «корейцы», «французы», «турки» и ЗАЗ.
Аудиторы отмечают, что из-за девальвации тенге в 2015 году операционная среда для работы ГК «Аллюр» стала не очень благоприятной. Компания должна была партнерам за поставку машинокомплектов и запчастей 37 млрд тенге. При этом работники Ernst & Young в качестве позитива отмечают государственную программу по поддержке казахстанского автопрома.
Была запущена льготная программа автокредитования для покупки отечественных автомобилей, выделено финансирование из Национального фонда (26 млрд тенге). Сумма распределена между шестью банками второго уровня (БВУ – это все банки, которые после Национального, который считается банком первого уровня).
Но тогда «Азия Авто» была еще на плаву и получила 12,3 млрд тенге от общего финансового пирога. «СарыаркаАвтоПрому» досталось 10,5 млрд тенге, «АгромашХолдингу» – 3,2 млрд. Судя по всему, связанные с ГК Allur люди уже тогда отчетливо увидели «проблему» в лице конкурента и составили планы по ее кардинальному решению.
Сельхозтехника – это льготный лизинг, субсидируемый со стороны государства. Правда, в структуре холдинга аграрное машиностроение особой роли не играло.
Allur получил государственные гранты на расширение, модернизацию и развитие производства. Сумма не особо большая – 150 млн тенге, но грант не нужно возвращать (за него необходимо отчитаться).
Все в тот же 2015-ый «БРК» поддержал льготным кредитом в $38 млн (общий лимит $93 млн; проценты символические).
«СарыаркаАвтоПром» и «АгромашХолдинг» в качестве меры государственной поддержки получили таможенную процедуру «свободного склада». Это когда не надо платить таможенную пошлину и налоги при ввозе машинокомплектов и запчастей.
Еще предприятия получали возмещение 50% расходов при выводе продукции на внешние рынки. На экономическом языке это называется государственное субсидирование экспорта. Мера сама по себе очень привлекательная, а учитывая планку возмещения расходов – тем более.
Ручей правительственной благодати в итоге получается довольно живительный, плюс увеличение акционерной доли «Байтерека» и «Банка развития Казахстана» принесло компании дополнительное финансирование.
Аудитор пишет: «Байтерек» предоставил беспрецедентные условия по реструктуризации займа ГК «Аллюр» за счет пересмотра валюты кредитования с долларов в тенге. При этом срок погашения займов был продлен до 2030 года с льготным периодом до 2022-го.
Экспорт группы Allur в 2015 году нацеливался на Россию. Западные санкции в тот период проявились, но по сравнению с последующими годами «слегка», а потому будущее автомобильных продаж виделось достаточно радужно.
В том же году доля Юрия Цхая в АО «АгромашХолдинг» была выкуплена на 100%.
Компания вошла в ГК «Аллюр». Контроль над данной компанией автоматически распространился на АО «СарыаркаАвтоПром», где «АгромашХолдинг» владел долей в 64,7% (в конце 2014 года Allur владел 26,4% через ТОО «ALLUR AUTO»).
В аудиторской отчетности за 2015-ый год пропадает «Цесна банк». А вот небольшая сумма от филиала «Сбер банка» фигурирует.
Включая в себя АО «АгромашХолдинг» и «СарыаркаАвтоПром» ГК «Аллюр» приняла и займы, которые получали эти компании. Предоставила залог, основные и оборотные средства.
В 2015 году (в отличие от 2014-го) видно, что торгово-кредиторская задолженность в иностранных валютах стала преобладающей. Еще раз напомним, что тенге в тот год девальвировали по отношению к зарубежным денежным единицам.
Экспансионистский 2016 год
В этот год Allur получает чистую прибыль в 2 млрд тенге (после убытка в 21 млрд годом ранее).
Аудитор перестает беспокоиться и пишет, что компания может продолжить свою деятельность.
Задолженность перед поставщиками в 2016-ом 33 млрд тенге. Компания периодически получает от кооперационных партнеров машинокомплекты, запчасти, но сразу не рассчитывается с ними. Виден устоявшийся алгоритм в достаточно длительной по времени фазе.
Ernst & Young указывает на развитие стратегического сотрудничества с China National Technical Import and Export Corporation (CNTIC) – государственная глобальная торговая компания и инжиниринговая фирма КНР. В рамках данного взаимодействия ожидаются инвестиции со стороны китайского партнера, направленные на реализацию автомашин бренда JAC.
На российском направлении подписано соглашение с ООО «ПЕЖО СИТРОЕН РУС». Вообще в этот год рынок Российской Федерации занимает довольно большое место в экспорте компании.
ЗАО «Холдинг Азия Групп Таджикистан» тоже фигурирует среди контрагентов Allur. С фирмой был подписан контракт на реализацию в Таджикистан от 5 до 10 тысяч автомобилей казахстанской сборки в год. Масштабы однозначно удивляют, поскольку таджикский авторынок в то время не отличался сколько-нибудь основательной емкостью.
По части банковских займов лидирует «БРК», то есть государственная структура.
Понемногу дает кредиты алматинский филиал «Сбера». Появляются «Банк Астаны», АО «Tengri Bank». По хозяйственной логике займы брались на дилерские центры. В частности, последний банк выделил деньги на создание ТОО «Мицубиси центр».
Торговая кредиторская задолженность уже показывает системность. В иностранных валютах она значительно больше, чем в тенге. То есть ГК «Аллюр» все время должна загранице.
Неизбежно возникает вопрос: почему компания не развивает производство комплектующих на собственной промышленной базе? Коммерческий смысл такого подхода был бы в повышении устойчивости предприятия и уменьшении задолженности в иностранных валютах.
Похоже, что такая цель и не ставилась. А какая была вместо нее? – Создать компанию и постепенно продать какому-нибудь крупному производственному инвестору. Как показало дальнейшее развитие событий, такой игрок нашелся в Китае.
В разделе «полученные авансы» есть фраза «авансы представляют собой предоплату на поставку автобусов, полученных от ТОО «Астана ЛРТ» в ноябре – декабре 2014 года». Сумма немаленькая – 1 млрд 785 млн тенге. В связи с отказом от получения автобусов, руководство группы ведет переговоры с представителями «Астана ЛРТ» на поставку других автобусов.
Схема «мутная» от начала до конца. Потому что ТОО «Астана ЛРТ» в качестве профильной деятельности должно было заниматься строительством легкорельсового транспорта в столице. По идее Allur должен был бы собирать автобусы на собственной производственной базе. Аудитор подобными вопросами не задается и просто как Жамбыл что видит, то и пишет.
Долговой 2017-ый
«СарыаркаАвтоПром» в феврале-марте 2017 года получил займы от «Банка развития Казахстана» на общую сумму 11 млрд тенге под 7% годовых. Это просто милое дело. В течение года базовая учетная ставка Национального банка РК (стоимость пользования капиталом) варьировалась в коридоре 10,25 – 11%.
При этом по данным аудиторов чистая прибыль по итогам года уменьшилась примерно в 5,5 раз по сравнению с предыдущим – 404 млн тенге. Хотя по производственным показателям работа вроде протекала ровно.
Повторилась ситуация 2015 года, когда краткосрочные обязательства группы компаний «Аллюр» превысили ее краткосрочные активы на 19 млрд тенге. Это как минимум техническое банкротство.
Ernst & Young снова пишет: существенная неопределенность, вызывающая значительное сомнение в способности группы непрерывно продолжать свою деятельность. Получается, что государство оказало масштабную поддержку, но это помогло лишь временно.
И снова вопрос: а чем занимается ГК «Аллюр» на самом деле? И куда исчезают деньги?
Группа должна 19 млрд тенге банкам и 33 млрд тенге поставщикам. Это большие деньги.
Опять предоставлены налоговые, таможенные преференции. В частности, произошло освобождение от НДС (налог на добавленную стоимость) по оборотам реализации продукции и от НДС на импорт автокомпонентов.
Даже в Налоговый кодекс внесли изменения. Действовала госпрограмма по поддержке отечественного автопрома с разнообразными субсидиями. Отдельная льгота по утильсбору. Было еще стимулирование продаж коммерческой техники (автобусов) за счет утверждения Программы по основным условиям бюджетного кредитования.
Четко видно, что правительственное благоволение идет не только по профилю легковых автомобилей, но и практически по любому профилю машиностроения, если он хоть в каком-то виде представлен в ГК «Аллюр».
Реструктуризация обязательств группы перед «БРК» тоже была проведена в очень комфортном режиме.
Получается, что когда финансовые показатели ухудшились, то государство немедленно приступило к стимулированию странного производителя.
У аудиторов появились слова о развитии дальнейшего сотрудничества с китайской корпораций CNTIC, в рамках которого ожидается реализация сделки по вхождению компании в капитал Allur с долей владения 51%. Инвестиции со стороны китайского партнера будут направлены на реализацию проектов по производству автомашин бренда JAC.
Несколько странно ради одной брендовой линейки отдавать всю группу в руки зарубежного инвестора. Стандартная логика хозяйственной деятельности диктует создание отдельного ТОО под подобную производственно-коммерческую задачу.
Планы по превращению отечественного производителя в не совсем отечественного по идее должны волновать по вопросу льгот от государства.
Продолжается работа по выходу на рынки России и Таджикистана.
Изначально смысл был в том, чтобы через ГК «Аллюр», находящегося и оперирующего в Евразийском экономическом союзе как казахстанская компания, заходить внешним кооперационным партнерам. В 2022 году из-за войны в Украине и циклопической волны западных санкций все это посыпалось, но мы-то смотрим планы 2017 года, когда ни о пандемии ковида, ни о войне в Восточной Европе как минимум автопроизводители понятия не имели.
В 2017-ом переговоры машиностроителей из КНР о вхождении в капитал Allur смотрятся органично, поскольку им интересен рынок ЕАЭС вообще и России в частности. Поэтому одновременно подписывается договор о стратегическом партнерстве с ООО «Партнёрство, Инвестиции, Развитие» (сокращенно ООО «ПИР»). Главным профилем данной компании является дистрибуция тяжелой карьерной техники (самосвалы, экскаваторы).
С «ПИР» договорились о реализации от 10 до 30 тысяч автомобилей JAC и автобусов Ankai в 2018 – 2019 гг. Для евразийских реалий на два года это очень внушительная программа.
В аудиторском отчете появилась фраза «продолжение производства и реализации автомашин Hyundai».
Появляется АО «Kaspi Bank» с суммой 3 млн тенге на конец года – с ним работает один из дилерских центров.
Основным кредитором остается «БРК». В банковских займах по разрезу валют преобладает тенге.
Фактически получается, что зарубежные автопроизводители кредитуют Allur через поставку машинокомплектов и запчастей, а потом ждут, когда им вернутся деньги. Получается беспроцентный товарный кредит. Поэтому по банковским займам у компании задолженность не особо большая, а вот торговая кредиторская задолженность все время огромная – почти 32 млрд тенге на конец 2017-го. Из них 21 млрд тенге по эквиваленту в долларах. Когда казахстанская компания должна так много в валюте, то вырваться из подобного финансового капкана крайне сложно.
В данной связи Ernst & Young напомнил, что группа должна «Брянсксельмашу» и «Гомсельмашу» суммарно 5 млрд тенге. При этом россияне и белорусы согласились продлить срок выплаты задолженности до 2023 года. Другими словами, контрагенты поняли, что у ГК «Аллюр» денег нет.
Китайской корпорации фигурант должен 3,7 млрд тенге за поставку оборудования. а по валюте там в основном доллар.
Основную часть дохода в 2017 году «Аллюру» дают автомобили и немного сельхозтехника.
Что касается залогов, то на конец года у Allur основных средств было заложено на 45 млрд тенге. При не генерирующей прибыль компании кредиторы в любой момент могут ее обанкротить.
В конце 2017 года реорганизовали АО «АгромашХолдинг». Бизнес по производству сельхозтехники вывели в АО «АгромашХолдинг KZ». И 100% акций этой фирмы досталось Андрею Лаврентьеву (их продал «Аллюр»).
Схематозный 2018-ый
Государство продолжает предоставлять льготы. Allur стал участником льготного инвестиционного проекта на основании специального инвестиционного контракта №1 от 28 февраля 2018 года.
Экономический суд Астаны в 2018 году вынес решение взыскать в доход государства с Allur Auto Astana 1,785 млрд тенге. Эта сумма тянется от мутной истории с ТОО «Астана ЛРТ» и автобусами, где после банкротства данной компании права требования перешли акимату Астаны.
«Аллюр» подал на судебное решение апелляцию.
«Daewoo International Malaysia» подает иск на ТОО «СарыаркаАвтоПром» и требует взыскать долг в размере 1,827 млрд тенге в валютном эквиваленте. Дело передано в международный арбитражный суд.
Интересно, что в самом начале отчета за 2018-ый год аудиторы выражают свое мнение с оговоркой. Обычно оговорка делается по поводу пересчета данных другого аудитора, в связи с неопределенностью по дальнейшему функционированию компании (когда обязательства превышают капитал и активы).
Итак, аудитор отмечает, что в течение 2018 года Allur начала переговоры по пересмотру условий займов, полученных от «Банка развития Казахстана». В результате группа отразила займы на новых условиях, существенно отличающихся от текущих действующих условий.
Что же произошло? – Группа признала прибыль, которая появилась от изменения условий займа и уменьшила балансовую стоимость займа. Аудиторы считают, что это отклонение от стандартов учета.
Сама отчетность за 2018-ый утверждена 25 сентября 2019 года. Раньше так поздно она не выходила. Часто задержка аудиторской отчетности происходит из-за разногласий между проверяющей структурой и руководством компании. Аудиторы из серьезных агентств вынуждены дорожить своей репутацией, тогда как владельцы всегда хотят приукрасить успехи возглавляемого предприятия.
Ernst & Young поменяли на Deloitte, но это тоже солидная компания, входящая в «большую четверку» аудиторских корпораций.
Прибыль за год – 628,4 млн тенге.
Появляется еще одна вещь: экономия по подоходному налогу. Allur перестает платить подоходный налог в полном объеме. То есть заключает соглашение с налоговиками, а те дают им отсрочку.
Акционеры компании и структура группы прежние.
В связи с тем, что сельскохозяйственная техника в декабре 2017-го ушла в АО «АгромашХолдинг KZ», ГК «Аллюр» осталось собирать легковые автомобили и коммерческую технику. Поэтому сельхозмашиностроение из аудиторского отчета пропало.
Поскольку за сельхозтехнику фермеры платят не очень аккуратно, то можно говорить о том, что компания сфокусировалась на прибыльной деятельности.
Как бы то ни было, но по итогам 2018 года текущие обязательства группы превышают текущие активы на 28 млрд тенге.
Allur не выполнил финансовые показатели-ковенанты, предусмотренные соглашениями о кредитном лимите «БРК». Ковенант – это форма договора, по которому стороны (сторона) обязуются совершать или не совершать определенные действия. Ковенантные договоры всегда имеют юридическую силу и обязательны к исполнению.
«БРК-Лизинг» – «дочке» «Банка развития Казахстана» – «Аллюр» должен за аренду оборудования для сварки кузовов, окраски автомобилей почти 11 млрд тенге.
Отдельным пунктом задолженность за аренду автомобилей Iveco Daily (малотоннажные грузовики).
Каким-то образом оказались должны «Hyundai Auto Kazakhstan» Нурлана Смагулова 5 млрд тенге. Потому что «СарыаркаАвтоПром» с этой компанией заключил договор займа с лимитом до 8,7 млрд тенге для финансирования поставки машинокомплектов марки Hyundai.
Не совсем понятно чем при этом руководствовался Смагулов, у которого в Алматы есть свое сборочное предприятие. В качестве поставщика выступает ООО «Хендэ Мотор Мануфактуринг Рус» (Hyundai Motor Manufacturing Rus), под чьим управлением завод компании Hyundai в Сестрорецке с 2008 года.
У группы имеется просрочка по погашению «прочих заемных средств» от СПК «Тобол».
Краткосрочные обязательства у «Аллюра» – это в основном долгосрочные займы (12,4 млрд тенге), торговая кредиторская задолженность (23,4 млрд тенге). По сути, все то же самое, что и годом ранее.
Получается, что уже убрали из профильной деятельности сельхозтехнику, народ берет автомобили с удовольствием, но где деньги – опять не понятно.
Deloitte уточняет, что прибыль за 2018-ый составила почти 2 млрд тенге. Но она возникла в результате признания прибыли от изменения условий займов на сумму 6,4 млрд тенге. Если убрать бумажный финт, то фактически никакой прибыли нет.
Аудитор считает, что группа сможет продолжить свою непрерывную деятельность. При этом начинаются пересчеты. В процессе подготовки консолидированной финансовой отчетности за 2018 год руководство выявило некоторые ошибки предыдущих лет и исправило их (2015-ый, 2017-ый). Неизбежно возникает вопрос: как это пропустили прошлые аудиторы?
Потихоньку растет задолженность перед китайской компанией CNTIC за поставку оборудования. По-прежнему в общей задолженности по валюте доминируют доллары США. Тенге, российские рубли и евро в небольших количествах.
Китайский 2019-ый
Аудитором снова выступает Deloitte, а отчет за 2019-ый утвержден 31 декабря 2020 года и одобрен к выпуску в этот же последний день следующего за отчетным календарного года.
В оговорке аудитора он считает, что займы «БРК», по которым прошла реструктуризация, все-таки надо было отражать в соответствии с первоначальными условиями кредитных договоров, а не по пересмотренным соглашениям. Потому что после пересмотра у «Аллюра» появляется прибыль.
«В результате обстоятельств, описанных выше, финансовые доходы за 2019 год, прилагаемые к консолидированной отчетности, занижены на 5,9 млрд тенге. Финансовые расходы завышены почти на 500 млн тенге. Расход по налогу на прибыль и прибыль от продолжающейся деятельности занижены», – указывает аудитор.
Помимо этого, Deloitte прямо говорит, что занижена сумма банковских займов и завышены финансовые доходы по ним на 6,3 млрд тенге. Завышены отложенные налоговые обязательства. Завышено занижение экономии по налогу на прибыль и т. д., и т. п.
Как можно понять из отчетности, именно перечисленными методами компания в 2018-2019 гг. писала себе прибыль. Бумажную прибыль.
В 2019-ом в составе акционеров появилась китайская компания с пакетом 51%.
Когда акционер заходит с такой долей, то он уверен в поддержке государства – даже двух (Казахстана и Китая). Комитет по контролю и управлению государственного имущества Китайской Народной Республики через подчиненные структуры уже с 2019 года является собственником Allur.
Юрий Цхай и Лаврентьев остались в акционерах группы, но их доли резко уменьшились. В группе миноритариев еще «БРК» и «Байтерек». Но при любом собрании акционеров может быть проведено только то решение, которое считает нужным китайский собственник.
Уже с новой структурой акционеров Allur идет в Узбекистан и приобретает 49,84% доли ООО Allur KZ у какого-то физического лица. За 1470 долларов США (сумма смехотворная).
На казахстанской производственной базе из китайской брендовой линейки собираются только автомобили JAC, а остальные машины из других стран.
Опять в оговорке аудиторов указано: краткосрочные обязательства группы превышают ее краткосрочные активы на 13 млрд тенге. Кроме того, у «Аллюра» значительные обязательства в иностранной валюте.
Снова не выполнены финансовые обязательства-ковенанты, предусмотренные соглашением по кредитной линии «БРК». Кроме того, просрочка по погашению заемных средств от СПК «Тобол».
Ну и еще в конце 2019 года обрушился коронавирус, что отражено в аудиторской отчетности.
Разумеется, Deloitte не пишет открытым текстом, что Allur надо банкротить, но между строк такое прочитать не сложно.
Аудиторы дают понять, что китайские инвесторы вложили в компанию деньги, которые позволили либо рассчитаться, либо провести реструктуризацию задолженности.
Объемы производства и реализации выросли более чем вдвое по сравнению с 2018-ым годом. Стали выпускать Chevrolet. «Аллюр» получил обособленную квоту на реализацию этих Chevrolet на территории Республики Узбекистан до 5 тысяч автомобилей в год.
Аудитора смущает схема, в которой «Hyundai Auto Kazakhstan» заказывает сборку автомобилей «Аллюру». Руководство группы считает, что это не оказание услуг, а соглашение по сборке автомобилей. Тогда Allur выступает в качестве принципала последующего продавца (физическое или юридическое лицо, уполномочивающее другое лицо действовать в качестве агента). Это позволяет «Аллюру» признать выручку от сборки и продажи автомобилей на валовой основе.
Еще Deloitte смущает, что займы «БРК» отражаются по ставкам ниже рыночных. Это позволяет группе отразить льготы в составе финансовых доходов. Фактически это приписки доходов.
Год закончен с торговой кредиторской задолженностью в 48 млрд тенге.
Чистая прибыль 1,314 млрд тенге. Со всеми ухищрениями, против которых возражает аудитор.
В структуре задолженности группы аудиторам не нравятся американские доллары, российские рубли, китайские юани (на 6,5 млрд тенге в эквиваленте), евро, узбекский сум, поскольку эти валюты не привязаны к потребительскому рынку Казахстана, где оплата идет в тенге. При этом из «кредиторки» как раз тенге исчез.
Продолжение следует
Калмуханбет ЕСЕКЕЕВ, специально для «Ведомостей Казахстана»
